Крыши домов на руси

Типология крыш деревянных домов на Руси

Путешествуя по бескрайним просторам нашей необъятной Родины и наблюдая сотни и тысячи деревянных домов, рано или поздно начинаешь каталогизировать, собирать найденное и раскладывать по полочкам, чтобы разобраться — какие дома встречаются чаще других, какие они на севере, а какие на юге. Где они стоят «лицом» к дороге и можно видеть три (или два, или четыре-шесть) окошка, смотрящих на прохожего, а где — на прохожего смотрит бок дома с одним окном, а лицо выходит на реку.

Приступая к обзору встречающихся видов крыш, спешу предупредить, что он пока не претендует на полноту, так как автору пока довелось бывать не во всех областях и городах нашей страны, поэтому со временем может оказаться, что некоторые из представленных здесь видов крыш встречаются и в других регионах, а кроме того, могут существовать также и иные, не охваченные данным обзором крыши.

1. Первая из распространенных типов крыш — высокая двускатная

Встречается она на обширной территориии — в Новгородской и Владимирской областях, встречается и в Рязанской области, и в Саратовской, и даже за Уралом.

Причем накрывать эта крыша может самые разные типы домов, как небольшие четырехстенные, как на этой фотографии, так и большие пятистенки, или дома с пристройками.

Это один из самых старых типов крыши, поэтому и распространился он достаточно широко.

Здесь обратите внимание, что хотя сам дом и бревенчатый, но фронтон (треугольник образуемый верхним этажом и крышей) не является бревенчатым. Он легкий, из досок и не является несущим.

2. Второй тип крыш, которые получили большую популярность за последние двести лет — это крыши со светёлкой.

Их существует множество видов. Возможно в дальнейшем предстоит составить подробную классификацию распространения того или иного типа светелок на разных территориях, сейчас же я не ставлю перед собой такой задачи, хочется лишь выделить этот вид крыш отдельно.

Этот пример светелки — из Ярославской области.

Стоит обратить внимание, что в отличие от двускатной крыши, здесь крыша трехскатная — передняя ее часть предстает не вертикальной по отношению к нам, а скошенной, и уже на ней находится светелка.

Это свойство касается всех крыш такого типа.

Эта крыша и дом — из Ивановской области.

Дома со светелками, или с мезонинами, как на западный манер их стали называть со второй половины XIX века, получили большое распространение не только в крестьянской среде, но и среди помещиков и купцов.

Точно так же, как и с обычной двускатной крышей, такой вид крыши может венчать как совсем небольшие, так и огромные, некогда богатые двух и даже трехэтажные дома.

3. Крыши со светелками в одну линию первым этажом.

Нетрудно заметить, иногда светелка выступает как отдельное сооружение на наклонной крыше, но иногда она выходит вперед, и становится как бы вторым этажом, уравнивается в правах с первым, перестает быть «пристройкой.

Их бы можно бы выделить в отдельный класс, потому что их тоже достаточно много, причем встречаются они, по-моему, больше на севере и северо-востоке от Московской области: в Тверской, Ярославской и Нижегородской областях.

Возможно, специалисты не согласятся со мной, выделяя такой тип крыш в отдельный класс, однако все эти крыши объединяет друг с другом (и отделяет от предыдущего вида) то, что помещение под крышей здесь не жилое, а техническое. Его потолки невысоки, а окно, в «светелке» совсем невелико.

Этот дом — из Ярославской области. Здесь такой тип крыш не очень распространен, однако же несколько образов удалось найти.

Это Тверская область, город Кимры. Здесь передний скат крыши существенно поднимают, и он образует очень запоминающуюся треугольную форму.

Это — область Нижегородская, Павлово.

Павловские крыши с большой натяжкой можно назвать «народными», так как город был богатым и при постройке домов часто вторили столичной моде. Однако и здесь нашлось место такому виду крыш.

4. Четвертый тип крыш — это крыши ceвера страны.

Они немного похожи на самый первый тип, потому что тоже двускатные. Но они, как правило более широкие, угол их более развернутый (то есть они более плоские). А кроме того, очень характерным признаком крыши этого типа, является то, что фронтон является бревенчатым и несущим нагрузку, в отличие от фронтона крыш первого типа.

К сожалению на севере мне пока мало где довелось побывать, поэтому здесь придется довольствоваться лишь одной фотографией такой крыши, однако эти крыши к счастью подробно описаны в литературе — в частности о них говорится в описании Прионежья и Карелии, поэтому и чертежи и их рисунки тоже в книгах встречаются.

5. Пятым и наверное последним самостоятельным классом крыш я бы выделил четырехскатные крыши.Встречались мне к югу и юго-востоку от Московской области. В Воронежской, Тамбовской и Саратовской и Рязанской областях.

Эта четырехскатная крыша — из Шацка Рязанской области. На фотографии, помимо особенности крыши, видно, что сам дом стоит не так, как это было почти на всех предыдущих снимках. Он стоит не торцом, а как бы боком к улице.

Вот и этот дом — из Борисоглебска, Воронежской области тоже имеет эту характерную четырехскатную крышу и стоит длинной стороной к дороге.

Подытоживая вышесказанное, рассмотрев многие сотни крыш деревянных домов нашей страны, к моему удивлению, сложилась весьма простая классификация:

— «классические» высокие двускатные крыши;

— трехскатные крыши со светелкой;

— подвид этих крыш, когда светелка выдвигается вперед и становится вровень со стеной здания;

— двускатные развернутые крыши, крыши севера. их легко узнать по бревенчатому фронтону и широкому углу;
— четырехскатные крыши юга России.

Конечно модификаций этих крыш существуют сотни и тысячи. И наклоны скатов крыш могут меняться, и мезонинов может быть два, и башни появляться дополнительные…

Однако основных видов крыш так и останется лишь несколько.

Как устраивали крыши на Руси

Последняя редакция: 16.12.2014

Автор: Новицкая Марина

С незапамятных времен люди считают свое жилище надежным укрытием, в стенах которого они ощущают себя защищенными и от буйства природной стихии, и от проникновения внутрь дома диких зверей или недругов. Недаром говорится: мой дом – моя крепость! У каждого дома помимо входной двери, окон и крепких стен, ограждающих жильцов от негативного воздействия внешнего мира, обязательно должна быть прочная крыша. Если вам интересно узнать, как устраивали крыши на Руси наши далекие предки, ознакомьтесь с нижеизложенными фактами.

Первые русские избы

Исторически так сложилось, что Древняя Русь и изба являются неотделимыми друг от друга понятиями. Издревле наши прадеды обустраивали свои поселения в лесистых местностях неподалеку от живописных берегов озер и рек. А поскольку лесные гущи на просторах нашей страны всегда произрастали в изобилии, базовым строительным материалом стала именно древесина. Из древесины на Руси строили небольшие деревенские избы, роскошные дворцы и даже церкви.

Старинная изба

Избами древние славяне называли отапливаемые деревянные срубы. Деревянные жилые дома получили на Руси широкое распространение примерно в IVв. Практически в каждой избе проживало, как правило, несколько поколений одного семейства (начиная с дедов и заканчивая внуками да правнуками). Помимо жилых комнат, находящихся под одной крышей, в избе сооружались и необходимые хозяйственные постройки. Такой практичный подход к обустройству дома позволял всем членам семьи выполнять хозяйственные работы, подолгу не выходя за пределы дома. Особенно актуальным это было зимой в затяжные, лютые холода.

Самые первые русские избы представляли собой довольно простые жилища, но постепенно их облик стал претерпевать изменения:

  • планировка дома становилась все сложнее,
  • увеличивались размеры комнат,
  • добавлялись различные декоративные элементы в оформлении дверей, окон и крыш.

Лишь сруб всегда оставался неизменной конструктивной основой жилых домов. Кстати, деревянные избы были настолько крепкими строениями, что порой срок их службы достигал ста и более лет.

Устройство крыши

Крыша по-русски

Крышу рубили по методу перекладки сруба прямо на земле.

  1. Фронтоны, называемые «самцами», сооружали из тех же бревен, что использовали для возведения стен.
  2. Визуальные границы будущей крыши наши предки «очерчивали» при помощи шнура и расщепа (после определения центров торцевых стен). При этом строго следили, чтобы расстояние от горизонтальной основы крыши до верхней ее точки было одинаковым с обеих сторон.
  3. После точного выстраивания торцов крыши, выступающие части бревен обтесывали с краев вровень с натянутым шнуром (контуром устраиваемой крыши).
  4. Затем на «самцы» укладывали длинные «слеги» (продольные жерди).
  5. Далее на «слеги» крепили стволы с корнями, прозванные «курицами» из-за явного сходства с лапками куриц. Ответвления корней служили опорой для специального бревна с выдолбленной в нем канавкой – «потоком» («водотечником»). Функциональным предназначением «водотечника» являлся сбор стекающих с крыши дождевых водных потоков
  6. Поверх «слег» и «куриц» крепили кровельные доски, нижние края которых упирались в канавку «потока»

В стародавние времена избы накрывали двускатными крышами «на самцах» безгвоздевым способом.

Крыши изб накрывали любым имеющимся подручным материалом:

  • увязанной в пучки соломой,
  • расщепленными на дощечки (дранку) осиновыми поленьями,
  • перевернутым корнями вверх дерном, уложенным на бересту,
  • тесом (тщательно обработанными гладкими досками), в то время тес считался самым дорогостоящим покрытием.

Основы строительства крыши на Руси

На Руси «верхом» называли любое завершение. Типы верхов русских изб, то есть крыш, были весьма разнообразны:

  1. Самым простым вариантом верха русской избы считался «клетский», представляющий собой обычную двускатную крышу, устроенную на клети.
  2. «Шатровые» верхи являлись характерными для деревянных храмов. Внешне они были схожими с высокой восьмигранной пирамидой. По завершению храма можно было определить, к какому типу он относится. Помимо «шатровых» на Руси строились «многоглавые» и «ярусные» церкви.
  3. Богатые терема зачастую украшали затейливым «кубоватым» верхом, напоминающим своей формой четырехгранную массивную луковицу.
  4. Наиболее сложным в устройстве был верх, названный словом «бочка», представлял собой завершающееся острым гребнем двускатное покрытие с плавными криволинейными очертаниями.

Кровля всегда считалась самой важной частью деревянной избы. Помимо необычных конструкций крыш, деревянные избы украшали кружевной резьбой. Считалось, что резьба являлась магическим оберегом дома.

Последняя редакция: 16.12.2014
Автор: Новицкая Марина

Древнерусские виды устройства крыши

Крыша (в традиционном понимании) — часть конструкции здания, которая обеспечивает его защиту от всех типов атмосферных осадков, сохраняет тепло либо защищает от перегрева. То есть это вся верхняя конструкция сооружения.

Вообще-то, с точки зрения советской строительной науки, крыша — понятие дореволюционное и безграмотное, и должен применяться исключительно прогрессивный термин «покрытие». Но в жизни даже профессиональные проектировщики и строители нечасто его используют. Возможно, ввиду вероятности двойственного толкования. Отчасти определение «покрытие» прижилось в отношении конструкций с несущей железобетонной либо металлической основой, главным образом плоских. А назвать «покрытием» верхнюю часть собора Василия Блаженного или крышу деревенской избы не придет в голову ни одному архитектору, хоть и учили их «правильно».

Устройство крыши Бочкой

БОЧКА в архитектуре, крыша в форме полуцилиндра с повышенным и заострённым верхом, образующая на фасаде килевидный фронтон. Бочка встречается в русской архитектуре 17-18 веков, чаще в деревянной (церкви Русского Севера; несохранившийся дворец в Коломенском и др.), реже в каменной (церковь в посёлке Тайнинское Московской области).

Устройство крыши Бочкой применялась в основном в строительстве хором или деревянных храмов. Идеальным покрытием для криволинейной поверхности бочки служил лемех – небольшие дощечки с фигурным краем, уложенные по принципу черепицы.

Читайте также:  Перекрытие крыши дома

Кубаватая крыша-это крыша с четырьмя выпуклыми скатами, имеющая килевидное сечение с расширением над основанием.

Кубоватые церкви строились с середины XVII до конца XVIII века, район их постройки ограничивался Поонежьем и поморским побережьем Белого моря. Куб представляет собой трехсоставную фигуру: квадратный четырехгранный пояс, на который снизу и сверху поставлены две четырехгранные пирамиды, при этом верхняя пирамида всегда выше нижней.

На большей части территории России крыши жилых хозяйственных построек были двускатными. Самая древняя конструкция крыши – на самцах (продолжение бревенчатой стены образовывало треугольник фронтона крыши). Крыли крышу тесом (долгой дранью), на западе и юге Европейской части – соломой. Короткая дранка – щепа – распространяется в конце XIX – начале XX века (она крепилась уже с помощью гвоздей). Теснины укладывались на продольные жерди – слеги и поперечные – курицы, названные так за то, что завершались крючкообразными выступами, похожими на птицу. На этих крючках укреплялись потоки – деревянные желоба для стока воды. На коньке крыши стыки тесни, прикрывались массивным бревном – охлупнем.

Двускатная крыша на стропилах получает широкое распространение лишь в XIX веке (и по сей день это наиболее популярная конструкция). Кровля при этом держится на поставленных под углом балках – стропилах, которые, в свою очередь, опираются на переводины потолка.

Настоящий простор для творчества предоставляет проектирование крыши дома, венчающей постройку. Пожалуй, это важнейшая деталь всего проекта. Неудачное решение верхней части здания может перечеркнуть все архитектурные находки фасадной или торцовой части дома.

Особую архитектурную выразительность имеют самые сложные в практическом исполнении многощипцовые крыши.

Крыша этого типа – результат соединения двух или более крыш разной формы (двухскатных, четырехскатных, наклонных), пересекающихся между собой в коньках и ендовах. Плоскости скатов имеют форму трапеций и треугольников, редко – прямоугольников. Как правило, они образуют крыши домов с развитой пространственной формой. Стилевое разнообразие. Наиболее популярны многощипцовые крыши, возникающие при соединении двухскатных крыш, пересекающихся между собой под прямым углом. Их коньки могут находиться на одной и той же высоте (если оба крыла дома представляют собой жилые части с эксплуатируемыми мансардными этажами), или же на разных (если одну часть занимает, например, гараж без эксплуатируемой мансарды). Такие крыши имеют также Г-образные и Т-образные формы в плане дома.

Многощипцовая крыша – это сложная архитектурная форма, поэтому ее вид должен быть продуман до мелочей. Созданию гармонии и единства композиции служит равенство углов наклона всех скатов, высоты коньков или же сохранение одного уровня линии карнизного свеса. Учитывая то, что функции отдельных частей дома различны, высота соответствующих им участков крыши отличается; таким образом, сложно сохранить единую линию. В этом случае важно ввести другой организующий элемент, например, расположить участки крыши под прямым углом. Коньки, находящиеся на разной высоте, не портят общего вида, но для создания конечного эффекта имеет значение выбор места, где крыша, расположенная ниже, заходит под крышу, находящуюся уровнем выше. Сохранение принципа симметрии помогает сделать форму здания целостной. Аналогичные принципы упорядоченности обязательны также в случае, если плоскость ската прерывается люкарной или ризалитом лестничной клетки. В традиционных домах эти элементы расположены, как правило, на поверхности ската по центру, а если их несколько, – то симметрично.

Храмы в Древней Руси строились по типу избы, в основе которой всегда лежит венец из четырех бревен, образующих при соединении квадрат или прямоугольник, а вся изба представляет собой несколько венцов, наложенных друг на друга – сруб, покрытый двускатной или четырехскатной крышей. Этот принцип сохранялся и в более сложных сооружениях – теремах, дворцах, крепостных башнях.

Нередко клетские церкви перестраивались в шатровые. Как известно, в дереве трудно передать форму купола – необходимого элемента храма византийского типа, и, предположительно, это определило замену в деревянных храмах куполов шатровыми завершениями. Такой храм с пирамидальным покрытием известен по летописям уже с ХI–ХII вв. На Севере, богатом строевым лесом, этот тип церкви, называемый также в летописях и актах «древяна вверх», получил наибольшее распространение. Церкви эти обыкновенно очень велики по объему и достигают нередко чрезвычайной высоты. Сущность этого строительного приема заключается в устройстве главного помещения для молящихся в виде башни, кровельное покрытие такой башни устроено «кругло», то есть гранником, и образовало форму гранника, имеющего почти всегда вид восьмискатной пирамиды, увенчанной главой. Такая форма получила название «шатра». Высокий подъем шатра, подобно клинчатому перекрытию, также требовал повалов и полицы для отвода влаги.

Шатровый храм значительно отличался от клетских и своей высотой, и своим сильно подчеркнутым стремлением вверх. Эта глубоко национальная форма храма очень красива, проста и рациональна. Сохраняя традиционные три части – алтарь, главное помещение и трапезу, – планы шатровых храмов имеют одно существенное отличие от планов клетских, а именно – главная часть храма образует восьмиугольник. В качестве основания для шатра чаще всего служит восьмигранный верхний ярус храма – восьмерик (аналог барабана для купола). Отсюда происходит конструкция «восьмерик на четверике», позволяющая лучше сделать переход от квадратного в плане основания храма к восьмигранному шатру. Но встречаются храмы и без восьмерика, и не имеющие четверика. Редко, но встречаются храмы с большим числом граней и многошатровые храмы, в которых помимо центрального шатра, венчающего сруб, малые декоративные шатры ставились и на примыкающие к срубу притворы. В целом в шатровом стиле храмового зодчества за долгие столетия было накоплено большое многообразие архитектурных форм и вариаций, которые пытаются классифицировать по ряду признаков: «ярусные шатровые церкви типа «восьмерик на восьмерике», «шатровые церкви ярусного типа «два восьмерика на четверике», «ярусные церкви типа «три восьмерика на четверике», «церкви типа «восьмерик на четверике» с многоглавием и др.

Изба на Руси. Возведение крыши

О деревянных избах говорить можно бесконечно долго, потому как много в них всего интересного (в других статьях мы поговорим с Вами, например, о печи). Но сегодня речь пойдет о крыше, венчающей все строение и являющейся логическим завершением сруба. Не зря о своем доме даже сегодня мы говорим: «Есть крыша над головой».

Крыша, или кровля – это завершение дома, его верх, вершина, вот и корень у всех трех общий слов – «верх». В зависимости от богатства и предназначения постройки, верх (крыша) мог быть самым разнообразным: начиная от острой крыши – шпиля (капищные крыши) и заканчивая почти плоскими – для амбаров, овинов.

Крыши средней формы использовали при постройке изб. Самые простые из них – «клетские», которые представляли собой обычную двускатную крышу, устанавливаемую сверху на клеть (сруб).

Как и весь сруб, двускатную крышу, старались возводить также без гвоздей. Ставили ее на две торцовые стены, предварительно устроенные так, что верхние бревна клали друг на друга уменьшающиеся, в виде ступенек. Такие бревна называли «самцами», отсюда и название всей крыши целиком – «самцовая». На каждый из самцов укладывали длинные продольные жерди — «дольники», или «слеги» (одинаковый корень со словами «слечь, лечь»).

В слеги, в свою очередь, врезали поперек тонкие стволы деревьев, срубленные так, чтобы они были с ответвлением, которое направляли вверх для поддержания других бревен. Из-за их сходства с куриной лапой эти стволы прозвали «курицами». Курицы держали выдолбленное бревно — «поток», в который стекала дождевая и талая вода. На курицы и слеги сверху клали широкие доски кровли, и они упирались в паз потока.

Чтобы лучше защитить дом от осадков, необходимо было как можно тщательнее перекрыть самый верхний стык досок — «конек» (или «князек»). Для этого под него подкладывали толстую «коньковую слегу». Поверх конька ставили «охлупень», часто еще называвшийся «черепом» или «шеломом». Охлупень представлял собой выдолбленное снизу бревно и, как шапка, прикрывал, охватывал конек «шеломом» или «черепом». Завершению охлупня часто придавали форму коня, утки или оленя.

Крыли крыши на Руси чем только можно: то дерном, перевернутым корнями кверху с подстеленной под него берестой, то соломой, связанной в пучки и прижатой сверху жердями, то щепой от осиновых поленьев (дранкой), уложенных словно рыбья чешуя, то тесом из досок. Конечно, покрытие тесом считалось самым дорогостоящим, ведь для его изготовления необходимо было найти ровное бревно, надколоть его вдоль в нескольких местах, забивать клинья в эти надколы и раскалывать его таким образом на тонкие досочки. Неровности подтесывали топором – отсюда и название «тес».

Обычно крышу покрывали двумя слоями: нижний слой — «подтесок», верхний – «красный тес» (от слова «красивый», то есть парадный, лучший). Подтесок, или подскальник, клали для лучшей герметичности («скала» – скалываемая с берез береста). Если крышу делали с изломом, то нижняя, более пологая часть называлась «полицей» (от слова «пола» — половина).

Фронтон избы важно именовался «челом». Его часто украшали, нанося на него обереговую резьбу. Подкровельные слеги на концах также старались закрыть от дождя – для этого служили «причелины», верхний стык которых прикрывали «полотенцем» – тоже часто украшенным узором.

«Коньки-охлупни», как и чело с полотенцем, также ставился не столько для красоты, сколько для защиты. Поскольку конь всегда считался священным животным и был связан с Божественным Миром, считалось, что он защищает жилище от сил зла. Наши Предки часто к задней части конька для пущей убедительности прикрепляли еще и хвост из мочала, что делало избу целиком похожей на коня, где дом – это его тело, а четыре угла – его ноги. Бывало, что и настоящий лошадиный череп мог стоять на месте конька (отсюда и одно из древних названий охлупня – «черепное бревно»).

Еще в конструкции крыши было много других не менее важных частей, названия которым «бык», «огниво», «гнет». Все они выполняли свою основную роль – делали крышу конструктивно более прочной, оттого и названия такие.

Помимо своих обычных функций защитной и удержания тепла, кровля выполняла функцию приемника сборника и транслятора энергии, при правильном расположении хором, в зависимости от количества скатов. Например, восьмискатная кровля каждой своей гранью принимала энергию двух Чертогов. Сливы с кровли служили не просто водостоком. Воду, стекавшую с крыши, собирали и использовали, так как считалось, что она напитывалась информацией и заряжалась.

Одной из функций угловой крыши был сброс лишней и негативной энергии, чего нет в современных домах с прямой крышей. Поэтому в них так тяжело находиться. Мало того, что все перемешано и все проживающие в доме влияют и взаимодействуют друг с другом, так еще и выхода для энергии нет.

Как бы то ни было, наши Предки знали толк в постройке изб, чтобы они служили веками, даря защиту, «чувство дома» и ощущение Родины каждому члену Рода.

Как строили дома на Руси наши предки в древности…

Инструменты

Главным орудием труда на Руси у древнего зодчего был топор. Пилы стали известны примерно с конца Х века и применялись только в столярном деле при внутренних работах. Дело в том, что пила при работе рвет древесные волокна, оставляя их открытыми для воды. Топор же, сминая волокна, как бы запечатывает торцы бревен. Недаром, до сих пор говорят: “срубить избу”. И, хорошо нам сейчас знакомые, гвозди старались не использовать. Ведь вокруг гвоздя дерево гнить быстрее начинает. В крайнем случае применяли деревянные костыли, которые у современных плотников-рубщиков называются «шканты».

Читайте также:  Деревянные перекрытия

Основа и скрепление деревянного строения

И в древней Руси и в современной России основой деревянного дома или бани всегда был и есть сруб. Сруб – это скрепленные («связанные») между собой в четырехугольник бревна. Каждый ряд бревен в срубе, скрепленных между собой, называли (и называют) «венцом». Первый ряд бревен, который ложится на фундамент, называется «маточный венец». Маточный венец часто ставили на каменные валы – своеобразный фундамент, который называли «ряж», такой фундамент не давал дому соприкасаться с землей, т.е. дольше сохранялся сруб, не гнил.

Срубы различались между собой по типу скрепления. Для хозяйственных построек применялся сруб “в режь” (редко уложенные). Бревна здесь укладывались не плотно, а по парам друг на друга, и часто не скреплялись вовсе.

При скреплении бревен «в лапу» их концы не выходили за пределы стены наружу, углы сруба были ровные. Такой способ рубки углов сохранился у плотников и до сих пор. Но его обычно применяют, если дом будет обшиваться чем-нибудь снаружи (вагонкой, сайдингом, блокхаусом и т. д.) и углы плотно дополнительно утепляют, потому что у такого способа рубки углов есть небольшой недостаток – они меньше удерживают тепло, чем углы «в чашу».

Углы «в чашу» (по-современному) или «в обло» по-старинке, считались самыми теплыми и надежными. При таком способе крепления стен бревна выходили за стену, имелт крестообразную форму, если посмотреть сверху на сруб. Странное название «обло» происходит от слова “оболонь” (“облонь”), означающего наружные слои дерева (ср. “облекать, обволакивать, оболочка”). Еще в начале XX в. говорили: “рубить избу в оболонь”, если хотели подчеркнуть, что внутри избы бревна стен не стесываются. Однако, чаще снаружи бревна оставались круглыми, тогда как внутри избы обтесывались до плоскости – “выскабливались в лас” (ласом называли гладкую полосу). Теперь же термин “обло” относят более к выступающим из стены наружу концам бревен, которые остаются круглыми, с облом.

Сами ряды бревен (венцы) связывались между собой при помощи внутренних шипов. Между венцами в срубе прокладывали мох и после окончательной сборки сруба конопатили льняной паклей щели. Тем же мхом часто закладывали и чердаки для сохранения тепла зимой. Про красный мох – межвенцовый утеплитель, я напишу позже, в другой статье.

В плане срубы делали в виде четырехугольника (“четверик”), либо в виде восьмиугольника (“восьмерик”). Из нескольких рядом стоящих четвериков составлялись, в основном, избы, а восьмерики использовались для строительства деревянных церквей (ведь восьмерик позволяет увеличить площадь помещения почти в шесть раз, не изменяя длину бревен). Часто, ставя друг на друга четверики и восьмерики, складывал древнерусский зодчий пирамидальное строение церкви или богатые хоромы.

Простой крытый прямоугольный деревянный сруб без всяких пристроек назывался «клетью». “Клеть клетью, поветь поветью”, – говорили в старину, стремясь подчеркнуть надежность сруба по сравнению с открытым навесом – поветью. Обычно сруб ставился на «подклете» – нижнем вспомогательном этаже, который использовали для хранения запасов и хозяйственного инвентаря. А верхние венцы сруба расширялись кверху, образуя карниз – «повал». Это интересное слово, происходящее от глагола “повалиться”, часто использовалось на Руси. Так, например, “повалушей” называли верхние холодные общие спальни в доме или хоромах, куда вся семья уходила летом спать (повалиться) из натопленной избы.

Двери в клети делали пониже, а окна располагали повыше, сохраняя в избе побольше тепла. И дом, и храм строили одинаково – и то, и другое – дом (человека и бога). Поэтому самой простой и древней формой деревянного храма, как и дома, была “клетская”. Так строились церкви и часовни. Это два или три сруба, соединенные друг с другом с запада на восток. В церкви полагалось три сруба (трапезная, храм и алтарный прируб), в часовне – два (трапезная и храм). Над простой двухскатной кровлей ставили скромную главку.

Маленькие часовни во множестве ставились в удаленных деревнях, на перепутье, над большими каменными крестами, над родниками. Священник в часовне не положен, алтаря здесь не делали. А службы отправляли сами крестьяне, сами крестили и отпевали. Такие неприхотливые службы, проходившие как и у первых христиан с пением коротких молитв в первом, третьем, шестом и девятом часу после восхода солнца, назывались на Руси “часами”. Отсюда и само сооружение получило свое название. На такие часовни и государство и церковь смотрели пренебрежительно. Потому и могли строители здесь дать волю своей фантазии. Потому и поражают сегодня современного горожанина эти скромные часовенки своей крайней простотой, изысканностью и особой атмосферой русского уединения.

Кровля

Кровлю над срубом устраивали в древности без гвоздей – «самцовую».

Для этого завершения двух торцовых стен делали из уменьшающихся обрубков бревен, которые и называли “самцами”. На них ступеньками клали длинные продольные жерди – «дольники», «слеги» (ср. “слечь, лечь”). Иногда, правда, самцами называли и концы слег, врубленные в стены. Так или иначе, но вся кровля получила от них свое название.

Сверху вниз поперек в слеги врезали тонкие стволы дерева, срубленные с одним из ответвлений корня. Такие стволы с корнями называли «курицами» (видимо за сходство оставленного корня с куриной лапой). Эти ответвления корней, направленные вверх, поддерживали выдолбленное бревно – «поток». В него собиралась, стекавшая с крыши, вода. И уже сверху на курицы и слеги укладывали широкие доски крыши, упирающиеся нижними краями в выдолбленный паз потока. Особенно тщательно перекрывали от дождя верхний стык досок – «конек» (так он называется и поныне). Под ним укладывали толстую «коньковую слегу», а сверху стык досок, словно шапкой, прикрывали выдолбленным снизу бревном – «шеломом» или «черепом». Впрочем, чаще бревно это называли «охлупнем» – то, что охватывает.

Чем только не крыли крышу деревянных изб на Руси! То солому увязывали в снопы (пучки) и укладывали вдоль ската крыши, прижимая жердями; то щепили осиновые поленья на дощечки (дранку) и ими, словно чешуей, укрывали избу в несколько слоев. А в глубокой древности даже дерном крыли, переворачивая его корнями вверх и подстилая бересту.

Самым же дорогим покрытием считался “тес” (доски). Само слово “тес” хорошо отражает процесс его изготовления. Ровное, без сучков бревно в нескольких местах надкалывалось вдоль и в щели забивались клинья. Расколотое таким образом бревно еще несколько раз кололось вдоль. Неровности получившихся широких досок подтесывались специальным топором с очень широким лезвием.

Покрывали крышу обычно в два слоя – «подтесок» и «красный тем». Нижний слой теса на кровле называли еще подскальником, так как часто он покрывался для герметичности «скалой» (берестой, которую скалывали с берез). Иногда устраивали крышу с изломом. Тогда нижнюю, более пологую часть называли «полицей» (от старого слова “пола” – половина).

Весь фронтон избы важно именовали «челом» и обильно украшали магической оберегающей резьбой. Наружные концы подкровельных слег закрывали от дождя длинными досками – «причелинами». А верхний стык причелин прикрывали узорной свисающей доской – «полотенцем».

Кровля – самая важная часть деревянной постройки. “Была бы крыша над головой”, – говорят до сих пор в народе. Потому и стал со временем символом любого храма, дома и даже хозяйственного сооружения его «верх».

«Верхом» в древности называли любое завершение. Эти верхи в зависимости от богатства постройки могли быть самыми разнообразными. Наиболее простым был«клетский» верх – простая двускатная крыша на клети. «Шатровым» верхом в виде высокой восьмигранной пирамиды украшались обычно храмы. Затейливым был «кубоватый верх», напоминающий массивную четырехгранную луковицу. Таким верхом украшались терема. Довольно сложной в работе была «бочка» – двускатное покрытие с плавными криволинейными очертаниями, завершающаяся острым гребнем. А ведь делали еще и «крещатую бочку» – две пересекающиеся простые бочки. Шатровые церкви, кубоватые, ярусные, многоглавые – все это названо по завершению храма, по его верху.

Однако, более всего любили шатер. Когда в писцовых книгах указывалось, что церковь “деревянна сверху”, то это означало, что она шатровая.

Даже после никоновского запрета на шатры в 1656 году, как на бесовство и язычество в архитектуре, в Северном крае их все равно продолжали строить. И лишь в четырех углах у основания шатра возникли небольшие бочки с главками. Такой прием получил название шатра на крещатой бочке.

Особо трудные времена наступили для деревянного шатра в середине XIX в., когда правительство и правительствующий Синод взялись за искоренение раскольничества. Северная “раскольничья” архитектура тогда тоже попала в опалу. И все же, несмотря на все гонения, типичной для древнерусского деревянного храма остается форма “четверик-восьмерик-шатер”. Встречаются и восьмерики “от пошвы” (от земли) без четверика, особенно в колокольнях. Но это уже вариации основного типа.

Традиции деревянного домостроения сохранились и до наших времен. На своих загородных участках горожане с удовольствием возводят деревянные дома и бани при помощи мастеров из глубинки, из провинции. В свою очередь, в глубинке люди тоже продолжают жить в деревянных домах, потому что нет лучше жилища, чем добротный, надежный, экологичный дом из дерева. Вы хотите построить себе дом из бревна или бруса? Обращайтесь к нам – или звоните по тел.: 8-903-899-98-51 (Билайн); 8-930-385-49-16 (Мегафон).

Традиционное русское жилище (13-15 вв.)

Основной единицей застройки в XIII-XV вв. как в городе, так и в деревне была усадьба с жилым домом и хозяйственными постройками. В деревне крестьянская и господская усадьбы, очевидно, резко отличались прежде всего по величине. Писцовые книги всегда называют господский двор “большим” в отличие от крестьянских дворов. По-видимому, эта усадьба включала в себя, кроме жилых помещении (барского дома и “людских” изб), погребов, конюшен, амбаров, поварни и бани (они характерны и для городской усадьбы), – также постройки, необходимые для обработки урожая – овин, где сушился хлеб, гумно, где производилась молотьба, и т. п. Эти названия встречаются в письменных источниках неоднократно.

Усадьбу феодала окружал крепкий частокол, а у наиболее крупных землевладельцев сохранились еще настоящие укрепления – земляные валы и рвы. Усадьба обязательно имела огород, а нередко и фруктовый сад. Писцовые книги Новгородской земли, например, упоминают сады, в которых было по нескольку десятков плодовых деревьев – большей частью яблонь и вишен. Судя по тому, что о садах иногда говорится в источниках, когда речь идет о деревнях, где господские дворы не упоминаются, фруктовые сады могли быть и в крестьянских усадьбах.

Крестьянская усадьба состояла из жилой избы, надворных хозяйственных построек и огорода. Мы в точности не знаем обычного плана усадьбы, но в ряде случаев ее постройки располагались по периферии двора, центром которого была жилая изба. Деревенский двор, учитывая специфику сельских поселений того времени, должен был быть замкнутым, окруженным забором, особенно, когда он стоял одиноко.

Можно предполагать, что распространившийся впоследствии в северных и. восточных русских областях комплекс жилых и хозяйственных построек, объединенный однорядной, двухрядной или трехрядной связью, с крытым хозяйственным двором, также восходит к древнему периоду. Если в центральных и южных землях крестьянскую усадьбу следует представлять похожей на сохранившуюся до наших дней в южновеликорусских и североукраинских селениях застройку с жилым домом, стоящим несколько поодаль от улицы (за забором), с хозяйственными постройками, рассредоточенными по усадьбе и не связанными непосредственно с домом, то на севере Руси, в Старой Ладоге и Белоозере, дома с примыкавшими к ним, по всей вероятности, крытыми хозяйственными дворами существовали в домонгольское время.

Читайте также:  Карниз крыши - подшивка своими руками

В городах значительные участки земли принадлежали крупным феодалам и монастырям. Конечно, владельцы больших участков не занимали их целиком под свой собственный двор. Они устраивали здесь слободы, заселяя свои земли ремесленным и торговым людом. Усадьба самого боярина занимала все же большую площадь. Ее окружал крепкий и высокий частокол-тын, за которым можно было выдержать даже непродолжительную осаду. Массивные ворота (шириной, по-видимому, несколько больше 2 м) вели во двор – обычно широкий, замощенный плахами и дранью. Боярская усадьба имела по большей части несколько жилых домов, в одном из которых жил сам хозяин, а в остальных – зависимые от него люди или арендаторы, которым владелец сдавал часть помещений. Иначе трудно объяснить, почему в крупных усадьбах, несомненно принадлежавших феодалам, оказываются дома и мастерские ремесленников. Писцовые книги зачастую прямо указывают, что боярин в усадьбе не живет, а во дворе проживают его люди или ремесленники.

Характерна усадьба ремесленника, открытая в Москве, в Зарядье, в слоях конца XIV – начала XV в. На улицу выходил большой жилой дом, к которому примыкал с двух сторон частокол. Во дворе позади дома находились небольшая плавильная печь-домница, хозяйственная постройка (по-видимому, хлев) и колодец. Ремесленник занимался добыванием железа из руды и литьем бронзовых украшений. Работал он на дворе возле горна и в доме.

Внутренняя планировка усадеб зависела от многих обстоятельств. Усадьба феодала по самой планировке отличалась от усадьбы купца, приказного человека или ремесленника. В ней господский дом находился в глубине двора, а на улицу выходили глухие стены хозяйственных построек, тын ограды и ворота, Такая планировка подсказывалась замкнутым характером хозяйства феодала; она обнаружена как в археологически изученных усадьбах XVI в., так и в сохранившихся планах усадеб XVII в. В ней можно видеть корни традиционного плана застройки дворянских владений XVIII в. с почетным “чистым” двором перед домом, хозяйственным двором и садом позади него.

Как деревенские, так и городские усадьбы XIII-XV вв. представляли замкнутые хозяйственные единицы, содержавшие в себе все необходимое для жизни и производства. Однако усадьбы ремесленников были более связаны и с соседними усадьбами и с городским рынком по всему укладу жизни своих владельцев. По-видимому, не случайно, что именно в Новгороде с его чрезвычайно развитыми торговыми отношениями боярский дом еще в XV в. мог выходить на улицу, а погреба встречались сравнительно редко.

В русском жилище XIII-XV вв. получили дальнейшее развитие те черты, которые наметились еще в глубокой древности, а позднее определили так называемые северорусский и южнорусский типы жилища. На севере и северо-востоке в лесной полосе Руси жилой дом “рубился” из добротных (обычно еловых) бревен, которые в изобилии доставляли окрестные леса. Суровый климат вынуждал поднимать жилые помещения над землей. Так образовался “подклет”, или нижний этаж дома (высотой часто в несколько венцов, но не более 1,5 м), служивший также для хранения продуктов и имущества. На подклете располагалась жилая комната с печью. В эту комнату поднимались обычно по лестнице на несколько ступеней. Не все северные русские дома имели подклет. Иногда пол избы располагался ниже, почти на самой земле и отделялся от нее лишь одним – двумя венцами сруба. В этих случаях избу утепляли, приваливая к стенам снаружи землю, которая удерживалась досками (современная “завалинка”).

На юге и юго-востоке, в лесостепной полосе, где климат был мягче, а лес дорог, сложился иной тип жилища – углубленная в землю на несколько десятков сантиметров изба “полуземлянка”, а то и более углубленная и присыпанная сверху землей “землянка”. Стены такого жилища могли иметь срубную или столбовую конструкцию или представляли каркас из тонких стволов дерева, иногда оплетенных плетнем и всегда обмазанных внутри и снаружи глиной. Пол нередко был земляной и находился ниже поверхности земли на несколько ступенек, крыша – соломенная, а иногда тоже земляная или дерновая. Такие строения хорошо известны по раскопкам в древнем Киеве, Суздале, Рязани. При раскопках на Смоленщине найдены жилища как бы переходного типа – наземные, срубные, но, по-видимому, с земляным полом и соломенной крышей.

Основой дома являлась рубленная из бревен примерно квадратная клеть, образовывавшая нередко единственную жилую комнату от 3,5×3,5 до 6×6 м. Как показывают археологические раскопки, в древности подавляющее большинство жилищ рядового населения были однокамерными, то есть состояли всего из одной комнаты.

Дальнейшее развитие жилого дома шло по линии увеличения числа помещений. К избе пристраивали сени, иногда имевшие даже не срубную, а более легкую столбовую конструкцию; при необходимости пристраивали и другой сруб, соединявшийся с избой дверями. Большую давность имеют и цельнорубленные двухкамерные срубы, в которых капитальная бревенчатая пятая стена отделяла сени от избы. В Новгороде они преобладали уже в XI- XII вв. В XIII-XV вв. наряду с однокамерными и двухкамерными жилищами распространяются и трехкамерные постройки, обычно из двух срубов, соединенных сенями, но даже в Новгороде Великом они не составляют большинства построек (отдельные трехкамерные постройки в Новгороде были и в XII в.).

В северорусских домах в жилых комнатах и сенях пол настилали из толстых, тесанных топором деревянных досок, причем направление их обычно было от входа к противоположной стене помещения. В южнорусских жилищах нередко был плотно” утрамбованный земляной пол. Потолок также делали из брусьев или плах, опиравшихся на стену и центральную балку-“матицу”. По некоторым данным, над потолком засыпали землю для сохранения тепла. Позднее, в XVI в., для молодоженов устраивали на первую ночь специальное помещение, чтобы они не оказались “под землей”.

Окна в домах с курной печью делали маленькие “волоковые”; их прорубали в двух соседних бревнах и закрывали деревянным задвижным ставнем или затягивали пузырем. Таких окошечек по фасаду избы, судя по позднейшим рисункам, обычно было три, среднее прорубали несколько выше двух крайних, оно служило также для выхода дыма. В комнатах, где печь была с трубой или где жили только летом, можно было делать и окна “косящатные” современного типа. Массивные рамы этих окон закрывали пузырем, прозрачной светлой слюдой, которая в Европе получила даже название “московской” (мусковит), изредка стеклом, во дворцах – даже цветным.

Даже и в богатых домах, где печь была с трубой, а в окнах слюда (а то и стекло), большую часть суток нужно было пользоваться искусственным светом. Для освещения служила чаще всего лучина, пучки которой вставляли в специально откованные фигурные светцы. Такие светцы, приспособленные для вбивания в стену, часто находят при раскопках. Иногда употребляли масляные светильники – небольшие плошки с загнутыми внутрь краями и кольцеобразной ручкой. В эти плошки, очевидно, опускали фитиль. Люди побогаче могли позволить себе такую роскошь как сальные, а то и восковые свечи.

Печь, служившая рядовому населению как для отопления, так и для приготовления пищи, помещалась обычно в одном из углов. Судя по материалам раскопок, в XIII-XV вв. положение печи в избе еще не было строго зафиксировано в данной области, как это наблюдается позднее. Однако в северных областях печь чаще ставили справа или слева от входа, а в южных – по диагонали от входа. Подавляющее большинство печей были глинобитными, сводчатыми, с плоским подом; в начале рассматриваемого периода встречаются изредка каменки, а в конце его – кирпичные печи. Печь ставилась на “опечке”, который чаще всего представлял четыре (реже – два) вертикально врытых в землю столба, и не была конструктивно связана со срубом избы. В избах крестьян и ремесленников печь не имела трубы, и дым выходил прямо в комнату, а оттуда через волоковое окошко на улицу.

Надворные постройки так же, как и жилые, были рубленными из бревен клетями. На них (особенно в зоне лиственных лесов) чаще, чем на жилье, шли дубовые бревна. Это объясняется тем, что дуб крепче сосны и ели, но не имеет такого прямого и ровного ствола и в срубе образует большие щели, что не так важно для хозяйственных построек. Смолистые хвойные деревья обеспечивали, кроме того, и большую сухость помещений. Пол в хозяйственных постройках или вовсе отсутствовал или его делали из неоструганных (а иногда и неошкуренных) тонких бревен и жердей.

Бани были почти в каждой северорусской усадьбе. Их строили также из бревен, но иногда на постройку бань шли отходы от других строений. Так, в Москве, в Зарядье, была открыта баня, сгоревшая при большом пожаре 1468 г. Ее венцы срублены из бревен неравной толщины, уже бывших ранее в какой-то другой постройке; пол устроен из тонких неотесанных жердей, неплотно прилегавших друг к другу для лучшего стока воды, как в современных деревенских банях. Такими жердями была выстлана земля перед срубом; это можно объяснить известным обычаем выходить во время паренья из бани на свежий воздух.

Дома феодальной знати и других богатых людей не различались так существенно в северных и южных областях Руси, как жилища крестьян и городской бедноты. И на севере, и на юге это были большие рубленные из дерева постройки, всегда из нескольких срубов, а по высоте – в несколько этажей. Богатые хоромы обычно строили в три этажа: нижний – нежилой подклет, второй, где собственно и располагались основные помещения как жилые, так и парадные, и третий, куда выходили лишь светлицы и терема с своеобразными площадками-“гульбищами” вокруг них.

Дворцовые помещения воздвигали по мере надобности в разные времена, поэтому дворцы русской знати, как и повсюду в то время – в Европе и на Востоке – не были построены по какому-то единому, заранее продуманному плану. Каждую новую “палату” пристраивали к другим там, где это находили нужным, и либо соединяли с ними переходом или дверью, либо делали отдельный вход с наружной или внутренней лестницей.

В XV в. крупные феодальные сеньоры стали строить себе каменные палаты, которые поначалу включали в общий комплекс с остальными деревянными помещениями дворца. Пожалуй, больше всего таких зданий известно в Великом Новгороде.

В XIV в. в особенно роскошных дворцах были уже и застекленные окна – например, терем Дмитрия Донского с его “стекольчатым” окном. Поскольку речь идет о “златоверхом” богато украшенном тереме, можно предположить, что и стекла были цветные, создававшие игру цветов внутри терема. Внутренние помещения дворцов знати были достаточно освещены и естественным и искусственным светом, чтобы возникла потребность в их специальном украшении. Источники XIII-XV вв. не содержат сведений о росписи стен во дворцах, но такой обычай существовал и в более ранний период, а о росписи внутренних помещений княжеских и царских дворцов в XVI-XVII вв. имеется множество упоминаний, поэтому есть все основания думать, что и в XIII-XV вв. стены и потолки богатых комнат украшали росписью, стены могли также завешивать дорогими материями – “узорочьем”.

Кирпичная печь с трубой тоже очень рано должна была стать не только источником тепла, но и важным элементом украшения интерьера. Народный обычай белить печи и расписывать их различными узорами и рисунками на разные сюжеты, по-видимому, весьма древний. Позднейшие изразцовые печи, получившие широкое распространение, уже в XVI-XVII вв., по всей вероятности, сменили печи расписные.

“Красный” угол комнаты украшало множество икон, выложенных золотом, серебром и драгоценными камнями. Среди них были древние иконы и произведения, принадлежавшие кисти лучших художников.

Ссылка на основную публикацию